застыли в напряженном молчании, и среди этой тишины пронесся
звук третьей трубы - для Маргарет он прозвучал как глас судьбы. Из
двенадцати тысяч глоток вырвался вздох, подобный порыву ветра на море, и
замер вдали. Подобно стрелам, выпущенным из лука, подобно молниям из тучи,
противники ринулись навстречу друг другу, их кони с каждым шагом
увеличивали скорость. Вот они встретились. Оба копья ударились о щиты, и
оба противника покачнулись. Острия копей сверкнули, отклонившись в сторону
или вверх, и рыцари, удержавшись в седлах, проскакали мимо, задев друг
друга, но не ранив. В конце арены оруженосцы поймали коней за поводья и
повернули их. Первая схватка закончилась.
Вновь запели трубы, и опять противники помчались навстречу друг другу
и встретились в центре арены. Как и в первый раз, копья ударили по щитам,
но столкновение было столь сильным, что копье Питера разлетелось на куски,
а копье Морелла, скользнув по щиту противника, застряло в его забрале.
Питер пошатнулся в седле и стал падать назад. Когда казалось, что он
вот-вот должен упасть с коня, завязки его шлема лопнули. Шлем был сорван с
его головы, и Морелла проскакал мимо со шлемом на острие копья.
- Сокол падает! - закричали зрители. - Сейчас он свалится с коня!
Но Питер не свалился. Он отбросил разбитое копье и, ухватившись за
ремень седла, подтянулся обратно в седло. Морелла пытался остановить коня,
чтобы повернуть обратно и напасть на англичанина раньше, чем он оправится,
но его конь стремительно мчался, остановить его было невозможно, пока он
не увидит перед глазами стену. Наконец противники вновь повернулись друг к
другу. Но у Питера не было копья и шлема, а на острие копья Морелла висел
шлем его противника, от которого он тщетно пытался освободиться.
- Вытаскивай меч! - кричали Питеру.
Это были голоса капитана Смита и его матросов. Питер опустил руку,
чтобы взяться за меч. Но он не сделал этого и, оставив меч в ножнах,
пришпорил кони и вихрем понесся на Морелла.
- Сокола сейчас проткнут! - закричали кругом. - Орел побеждает! Орел
побеждает!
Действительно, казалось, что этим все кончится. Копье Морелла было
направлено на незащищенное лицо Питера, но, когда копье было совсем
близко, Питер бросил поводья и ударил своим щитом по белому плюмажу,
развевавшемуся на конце копья Морелла, тому самому, что перед этим был
сорван с головы Питера. Он рассчитал правильно: белые перья качнулись
очень невысоко, однако достаточно для того, чтобы, пригнувшись в седле,
Питер мог проскользнуть под смертоносным копьем. А когда противники
поравнялись, Питер выбросил свою длинную правую руку и, обхватив Морелла,
словно стальным крюком, вырвал его из седла. Черный конь помчался вперед
без всадника, а белый - с двойной ношей.
Морелла обхватил Питера за шею, и тела их переплелись, черные доспехи
перемешались с белыми, противники раскачивались в седле, а испуганный конь
мчался по арене, пока наконец не свернул резко в сторону. Противники упали
на песок и некоторое время лежали, оглушенные падением.
- Кто победил? - кричали в толпе.
Им отвечали:
- Оба готовы!
Наклонившись вперед в своем кресле, Маргарет сорвала вуаль и смотрела
на арену. Лицо ее было мертвенно бледным.
Глядите, они упали вместе, вместе и зашевелились и теперь поднялись
невредимыми.
Питер и Морелла отскочили друг от друга и выхватили длинные мечи. И
пока оруженосцы ловили коней и подбирали сломанные копья, они уже стояли
лицом к лицу. Питер, у которого не было шлема, держал высоко свой щит,
чтобы защитить голову, и спокойно ожидал атаки.
Морелла первым нанес удар, и его меч со скрежетом столкнулся