Поэтому я должен жить так, как могу.
Король рассмеялся:
- Ты нравишься мне, Питер Брум, хотя ты, конечно, ненавидишь меня.
- Нет, ваше величество. Пока был жив Ричард, я сражался за Ричарда.
Ричарда нет, и я, если понадобится, буду сражаться за англичанина Генриха
и служить королю Англии.
- Хорошо сказано! Может быть, ты мне понадобишься. Я не помню зла.
Однако я чуть не забыл: это ты так собираешься сражаться за меня -
устраивая бунт на улицах и ссоря меня с моими друзьями испанцами?
- Ваше величество, я все рассказал вам.
- Твою историю я слышал. Но кто подтвердит, что это правда? Может
быть, ты, дочь купца Кастелла?
- Да, ваше величество. Человек, которого убил мой кузен, оскорбил
меня. А моя единственная вина в том, что я хотела посмотреть на ваше
величество. Вот, видите мой разорванный плащ?
- Неудивительно, что он убил его из-за таких глаз, как твои. Но ты
можешь быть пристрастна. - Король опять улыбнулся и добавил: - Нет ли
других свидетелей?
Бетти уже открыла рот, но вперед вышел д'Агвилар, снял шляпу,
поклонился и сказал по-английски:
- Есть, ваше величество. Я все видел. Этот смелый джентльмен ни в чем
не виноват. Виноваты слуги моего соотечественника де Айала. Во всяком
случае, вначале. А потом уже началась ссора.
Тут вмешался де Айала. Он был все еще зол и заявил, что если он не
получит удовлетворения за убийство его слуги, то напишет их величествам,
королю и королеве Испании, и сообщит им, как обращаются с их людьми в
Лондоне.
При этих словах Генрих помрачнел. Более всего он не хотел портить
отношения с Фердинандом и Изабеллой.
- Ты сделал сегодня дурное дело, Питер Брум, - сказал он. -
Разобраться в этом должен будет судья. А пока тебя следует задержать. - И
король обернулся, как бы для того, чтобы отдать приказ об аресте.
- Ваше величество! - воскликнул Питер. - Я живу в доме купца Кастелла
в Холборне и никуда не скроюсь.
- А кто поручится за это, - спросил король, - или за то, что ты не
затеешь новой ссоры по дороге домой?
- Я поручусь, - спокойно сказал д'Агвилар, - если эта леди разрешит
мне проводить ее вместе с ее кузеном домой. Кроме того, - добавил он тихо,
- мне кажется, что если бросить его в тюрьму, то это гораздо скорее может
вызвать мятеж, нежели если отпустить его домой.
Генрих посмотрел на толпу, которая следила за этой сценой, и прочел
на лицах нечто такое, что заставило его согласиться с д'Агвиларом.
- Хорошо, маркиз, - сказал он, - я полагаюсь на ваше слово и слово
Питера Брума, что он явится, когда будет вызван. Пусть этот труп оставят
до завтра в аббатстве, пока не начнется расследование. Дайте мне руку,
ваше преосвященство, у меня есть гораздо более важные вопросы, о которых я
хочу поговорить с вами, прежде чем мы отойдем ко сну.



2. ДЖОН КАСТЕЛЛ

Когда король удалился, Питер обратился к тем, кто окружал его, и
сердечно поблагодарил их. Затем он сказал Маргарет:
- Пойдемте, кузина. Представление окончено, и ваше желание
исполнилось - вы видели короля. А теперь, чем скорее мы попадем домой, тем
спокойнее я буду.
- Конечно! - ответила Маргарет. - Я видела больше, чем мне бы
хотелось увидеть. Но прежде чем мы уйдем, надо поблагодарить этого
испанского сеньора...
- ...д'Агвилара, леди. Пока достаточно этого имени, - любезно ответил
испанец, низко кланяясь и не сводя глаз с прекрасного лица Маргарет.
- Сеньор д'Агвилар, я благодарю вас от себя и от имени моего кузена,
чью жизнь, возможно, вы спасли. Не так ли, Питер? И мой отец будет вам
благодарен.
- Да, - несколько