которую австралийцы собирают, чтобы утолить жажду, когда источники пресной воды пересыхают.
Мисс Оинз очень заинтересовали эти подробности, которые столь важно знать, путешествуя в пустыне, в то время как единственной мыслью Клары было отыскать пропавший алмаз. Ей не терпелось продолжить поиски, от успеха которых зависело так много.
Наконец австралиец объявил, что они приближаются к беседке хламид. И тут же, как будто услышав его, птицы с криком взлетели на дерево.
На этот раз беседка находилась в тени кустов, на небольшой песчаной площадке среди зарослей. Она была меньше первой, но не менее красива; точно такие же украшения, только помельче, наваленные у входа в беседку: камешки, кости, раковины, крылья бабочек. Видимо, сооружавшие ее архитекторы были не так велики. В этом девушки убедились, когда две-три птички, застигнутые внутри беседки, решились вылететь в присутствии людей.
– На этот раз, – объяснила Рэчел, – мы имеем дело с атласными хламидами, они несколько отличаются от пестрых хламид по величине и по клюву, покрытому перьями, но имеют те же привычки и перья их такие же великолепные.
– Но они мне кажутся чересчур маленьким для того, чтобы перенести так далеко алмаз виконта, – сказала Клара с беспокойством.
Действительно, все украшения в беседке были намного легче алмаза. Тем не менее подруги рассмотрели их одно за другим. Но этот продолжительный и подробный осмотр оказался безрезультатным.
– Алмаза здесь нет, – разочарованно вздохнула Рэчел.
– Нет! – повторила Клара. – Что же придется поискать другие. Может быть, нам посчастливится, и мы увидим больших хламид... Милая Рэчел, нам надо торопиться, чтобы успеть осмотреть еще одну беседку до наступления ночи.
Мисс Оинз посмотрела на подругу с состраданием. Клара выглядела очень уставшей, пот струился по ее лицу, ботинки разорваны, руки покрыты царапинами. Кроме того, солнце почти закатилось, еще немного – и ночь опустится на землю.
Рэчел попыталась убедить подругу поскорее вернуться на ферму Уокера.
– Не говори мне о моей усталости, Рэчел, – недослушала ее Клара, – у меня еще достаточно сил. Не говори мне, чтобы я вернулась, прежде чем удостоверюсь... Я не могу отказаться от последней надежды!
– Прошу тебя, Клара, одумайся! У нас не хватит ни сил, ни времени, чтобы дойти до новой беседки и вернуться к Джону. Вспомни о своей матери! Она с ума сойдет от беспокойства.
– Если ты устала, можешь возвращаться, я тебя не удерживаю. Возьми с собой кого-нибудь из этих австралийцев и отправляйся на ферму Уокера, а я останусь с Волосяной Головой. Прошу тебя только об одном: подождите меня с Джоном хотя бы час. Если через час я не вернусь, возвращайтесь в Дарлинг. Я решилась, и своего решения не изменю. Беспокойство, которое вызовет мое продолжительное отсутствие, не может сравниться с тем огорчением, которое причинят матери мои признания, если я не найду алмаза.
– Неужели ты считаешь меня способной бросить тебя? Я останусь, с тобой, Клара. Мы не расстанемся, что бы ни случилось.
Рэчел поспешила сообщить австралийцу о своем желании немедленно осмотреть еще одну беседку.
Волосяная Голова и его семейство не понимали, зачем эти две девушки непременно хотят продолжать путешествие, но повиновались. Если бы Клара приказала им поджечь заросли, они сделали бы это не колеблясь.
Прежде чем тронуться в путь, Рэчел захотела узнать, в какую сторону они пойдут, и с удовольствием услышала, что значительно приблизятся к ферме Уокера. Этот последний отрезок пути не должен был быть длиннее, чем тот, который они прошли. Мисс Оинз поспешила передать это приятное известие Кларе, которая тут же спросила, маленьких или больших хламид видел там австралиец.
– Больших, Клара, – ответил Волосяная Голова.
– Ну, Бог нам поможет! – прошептала Клара. – Может быть, я наконец-то получу награду за свои